Хоть я#nbsp;и#nbsp;не являюсь коренным жителем Москвы в#nbsp;третьем поколении, но#nbsp;преобразования, которые начались в#nbsp;после-Лужковское время застал: засилье баннеров по#nbsp;Садовому кольцу, хаотичная парковка, отсутствие урбанизированной среды и#nbsp;аляповатая, если не#nbsp;сказать безвкусная, архитектура. С#nbsp;того времени поменялся подход к#nbsp;формированию облика столицы, Москва образца девяностых#nbsp;— нулевых и#nbsp;современная Москва#nbsp;— это два разных города. Подробнее погрузиться в#nbsp;эту тему нам поможет главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов (СК):
GJ —#nbsp;Сергей, расскажите, в#nbsp;каком состоянии вам достался архитектурный фонд Москвы, когда вы#nbsp;вступили в#nbsp;должность главного архитектора?
СК#nbsp;— Я#nbsp;сразу сделал фокус на#nbsp;работу с#nbsp;новыми проектами и#nbsp;трансформацию профессионального сообщества. Успех качественной архитектуры#nbsp;— это профессиональная, конкурентная, развитая среда с#nbsp;широким кругом компетенций, от#nbsp;архитекторов и#nbsp;инженеров до#nbsp;социологов и#nbsp;философов. В#nbsp;2012 году этого практически не#nbsp;было. Львиная доля проектов делалась государственными институтами, где твоим заказчиком выступал твой#nbsp;же начальник. Такой подход рождал сомнительную по#nbsp;своей сути архитектуру с#nbsp;недискутабельным качеством. Все ключевые площадки застраивались таким образом. Даже частные объекты проходили согласование через такую форму бюрократии. Поэтому ключевым предметом оценки анализа стала полная модернизация работы профессионального сообщества и#nbsp;новые площадки с#nbsp;принципиально иным качеством архитектуры. Считаю, что прогресс по#nbsp;этим позициям достаточно большой. С#nbsp;2012 года архитектурный рынок Москвы вырос в#nbsp;десять раз, и#nbsp;сейчас в#nbsp;столице работает более ста высококвалифицированных архитектурных бюро.
GJ#nbsp;— Сейчас сложно представить, что когда-то подход был именно таким. Недавно познакомился с#nbsp;книгой Андрея Бокова про архитектурных визионеров конца прошлого века, в#nbsp;которой как раз описывается скудная конкурсная среда и#nbsp;частная практика времен СССР.
СК#nbsp;— Не#nbsp;знаком с#nbsp;книгой Андрея Бокова. Могу сказать, что в#nbsp;направлении частной практики и#nbsp;архитектурных конкурсов Советского Союза были разные периоды. От#nbsp;процветания и#nbsp;довольно известных конкурсов 20−30-х годов#nbsp;XX века, до#nbsp;длительного периода застоя, который продолжался вплоть до#nbsp;эпохи ранней России. Проблема, которую я#nbsp;наблюдал как архитектор, так и#nbsp;позже, с#nbsp;позиции главного архитектора, заключалась в#nbsp;том, что бо́льшая часть архитектурных проектов была сосредоточена в#nbsp;руках государственных институтов. Такая модель сводила на#nbsp;нет конкуренцию и#nbsp;саму идею архитектурных конкурсов, а#nbsp;также не#nbsp;позволяла развивать частную практику. Ответственные архитектурные лица видели эту проблему и#nbsp;обладали полномочиями и#nbsp;компетенциями это изменить, но#nbsp;не#nbsp;меняли подход, так как это шло вразрез их#nbsp;собственным интересам. В#nbsp;результате это критически сказалось на#nbsp;качестве архитектуры Москвы того периода.
GJ —#nbsp;Можно#nbsp;ли транслировать архитектурный опыт Москвы на#nbsp;регионы России? Примеры вроде моего родного Нижнего Новгорода#nbsp;— скорее исключение, и#nbsp;ситуация во#nbsp;многих регионах остаётся довольно печальной.
СК#nbsp;— Экспортировать можно, но#nbsp;есть#nbsp;ли спрос? Всё что происходит в#nbsp;Москве#nbsp;— заслуга одного человека#nbsp;— Сергея Семёновича Собянина. Всё держится на#nbsp;его энтузиазме, энергии и#nbsp;азарте постоянно делать лучше. Он#nbsp;и#nbsp;пригласил меня работать, и#nbsp;любые мои инициативы без его поддержки просто ничего#nbsp;бы не#nbsp;весили. Нужно ставить таких людей, как Сергей Семёнович. Нижний стал развиваться с#nbsp;приходом Глеба Никитина —#nbsp;это глава региона, которому интересно заниматься развитием. Похожая ситуация и#nbsp;в#nbsp;Казани, и#nbsp;мы#nbsp;активно общаемся с#nbsp;такими людьми, встречаемся и#nbsp;помогаем. Нет никакого секрета, доступен не#nbsp;только московский, но#nbsp;и#nbsp;мировой опыт, нужно только взять. Вопрос только в#nbsp;том, хочешь#nbsp;ли ты#nbsp;этого или нет.
Когда приезжаешь в#nbsp;Краснодар, где мы#nbsp;делали стадион, а#nbsp;наши коллеги парк, ситуация другая: оазис и#nbsp;треш вокруг. Понимаешь, что для местной власти городская среда и#nbsp;архитектура#nbsp;— не#nbsp;первостепенная задача. Просто бесполезно транслировать опыт, стандарты туда, где ближайшее окружение главного архитектурного шедевра города застраивается одинаковыми жилыми домами. Не#nbsp;знаю, кто персонально этим занимается, но#nbsp;так делать ни#nbsp;в#nbsp;коем случае нельзя. Галицкому нужно развитие городской среды, а#nbsp;им#nbsp;— нет. Для того#nbsp;же Краснодара Галицкий#nbsp;— это курица Ряба, которая снесла золотое яйцо, и, вместо того чтобы выгодно инвестировать это яйцо и#nbsp;получать прибыль, его просто пытаются активно разбить. В#nbsp;Москве, например, когда бизнесмены и#nbsp;крупные меценаты хотят принять участие в#nbsp;проекте, им#nbsp;даётся зелёный свет и#nbsp;поддержка. Захотел Михельсон сделать ГЭС-2 и#nbsp;поставить свою скульптуру, которая для меня является полным восторгом#nbsp;— получил поддержку города и#nbsp;все необходимые разрешения. Чем больше будет таких активных и#nbsp;заинтересованных людей, тем лучше будет наша страна. Это очевидно.
GJ#nbsp;— Какими критериями должен обладать проект, чтобы получить «зелёный свет» на#nbsp;строительство, и#nbsp;есть#nbsp;ли какой-то чек-лист, который вы#nbsp;рассматриваете при согласовании проектов?
СК —#nbsp;Мы#nbsp;сознательно не#nbsp;стандартизируем данный документ, т. к., с#nbsp;одной стороны, он#nbsp;отсекает неликвид, но#nbsp;с#nbsp;другой стороны, это останавливает развитие. Проект может быть выполнен по#nbsp;стандартам, но#nbsp;мы#nbsp;понимаем, что его можно было#nbsp;бы сделать ещё лучше. С#nbsp;развитием профессионального девелоперского сообщества, экономики и#nbsp;технологических возможностей планка требований постоянно повышается, и#nbsp;происходит естественный процесс эволюции. Чек-лист сегодня и#nbsp;его версия пятилетней давности имеют совершенно разную форму. Вот лишь несколько позиций, которые стоит отметить:
Наличие в#nbsp;проекте узнаваемых иконических зданий
Применение качественных и#nbsp;современных материалов
Формирование благоустройства по#nbsp;принципу фасад-проекта (яркий, индивидуальный с#nbsp;какими-то находками)
Ночная подсветка (не#nbsp;стоит недооценивать облик здания, в#nbsp;котором зритель видит его половину суток)
Силуэтность застройки
Сплошное заполнение строки улиц
Функциональное разнообразие, включая обязательное наличие общественных пространств на#nbsp;первых этажах со#nbsp;сплошным остеклением, наличие больших дверей и#nbsp;прозрачной входной группы.
И#nbsp;напоследок ещё одна ключевая вещь. Заказчикам, привлекающим архитектора к#nbsp;работе над проектом, важно иметь в#nbsp;виду, что с#nbsp;этого момента мы#nbsp;работаем с#nbsp;архитектором, и#nbsp;вы#nbsp;не можете обрубать его на#nbsp;каждом шагу и#nbsp;грозить увольнением. Выбор специалиста должен быть осознанным, и#nbsp;вы#nbsp;должны взаимодействовать с#nbsp;ним с#nbsp;уважением к#nbsp;его решениям. Архитектора можно поменять, но#nbsp;с#nbsp;большой долей вероятности ситуация повторится. С#nbsp;авторским ви́дением необходимо считаться#nbsp;— это культура работы, культура создания объектов недвижимости.